Летом 1518 года в Страсбурге женщина по фамилии Троффеа вышла из дома на узкую мощёную улицу и начала плясать. Музыки не было, праздника тоже. Соседи смеялись, потом перестали. Она плясала до темноты, падала без сил, засыпала, а утром поднималась и снова плясала. Так прошло четыре дня, а может быть, шесть.
Через неделю к ней присоединились больше трёх десятков горожан. К началу августа на улицах плясали, по разным подсчётам, до четырёхсот человек. Мужчины, женщины, дети. С окровавленными ногами, с перекошенными лицами, с криками о помощи. Остановиться никто из них не мог.
В городском совете в те годы служил секретарём Себастьян Брант, автор знаменитого «Корабля дураков». Сохранились распоряжения совета и шесть хроник того времени. Это не легенда и не байка из позднего сборника, это одно из самых подробно задокументированных бедствий шестнадцатого века. И до сих пор никто не может сказать наверняка, что это было.
✦ ✦ ✦
Лекарство, которое сделало только хуже
Сначала врачи вынесли учёное заключение. Болезнь естественная, от «горячей крови», и лечить её надо так: пусть больные выпляшут жар из себя.
Совет отнёсся к рекомендации со всей немецкой основательностью. На зерновом рынке и у городских ворот сколотили деревянные помосты. Наняли дудочников и барабанщиков. Освободили гильдейские залы. Приставили крепких мужчин, чтобы поддерживали тех, кто валится с ног. Город превратился в огромную танцевальную площадку.
Результат оказался обратным. На музыку сходились толпы, и в толпе начинали плясать новые люди. Одни хронисты пишут, что в иные дни умирало до пятнадцати человек, от разрыва сердца, удара или изнеможения. Правда, эти слова записаны позднее, а в городских бумагах лета 1518 года о смертях не сказано ничего, поэтому историки спорят о них до сих пор.
Тогда совет развернулся на месте. Решили, что это не болезнь, а кара за грехи. Запретили азартные игры и разврат, потом запретили музыку и публичные пляски. А самых тяжёлых больных погрузили в повозки и повезли в Саверн, к гроту в горах, где стояла часовня святого Вита.
✦ ✦ ✦
Красные башмачки
Святого Вита на Рейне знали и боялись. Считалось, что разгневанный святой может наслать на грешника неостановимую пляску. Отсюда и название, которое медицина носила ещё несколько столетий: «пляска святого Вита».
В Саверне больных поставили под деревянную статую святого, вложили им в руки маленькие кресты и обули в красные башмаки. На носках и подошвах этих башмаков священники начертили кресты освящённым маслом и окропили их святой водой. Затем больных водили вокруг статуи под пение молитв.
И это сработало. Вести о том, что Вит простил первых пляшущих, дошли до Страсбурга, туда отправили следующих, и к сентябрю эпидемия угасла.
А теперь деталь, от которой мне становится не по себе. Во всех прежних вспышках этой болезни хронисты отмечали одну странность: пляшущие не выносили красного цвета. Некоторые при виде красного впадали в ярость, другие будто вообще не различали его. Остроносую обувь они тоже не терпели. А в Саверне исцеление пришло именно через красные башмаки.
Через триста с лишним лет Ганс Христиан Андерсен напишет сказку о девочке, которая надела красные башмачки и не могла перестать плясать. Вряд ли это простое совпадение.
✦ ✦ ✦
Это было не впервые
Страсбург часто называют загадкой без прецедента. Но прецеденты были, и много.
В сочельник 1021 года в немецком селении Кёльбиг восемнадцать человек затеяли хоровод прямо у стен церкви, пока внутри шла служба. Священник велел им замолчать, они не послушались. Тогда он проклял их: пляшите целый год. По словам хрониста, так и вышло. Только к следующему Рождеству они смогли остановиться, рухнули в глубокий сон, и некоторые из них больше не проснулись.
В 1237 году около сотни детей из Эрфурта пустились в пляс и прыгали так всю дорогу до соседнего Арнштадта, двадцать километров. Через полвека в Гамельне появится легенда о крысолове, который своей дудочкой увёл из города всех детей. Многие историки считают, что эти истории связаны.
В 1278 году около двухсот человек плясали на мосту через реку Маас. Мост рухнул, и почти все утонули.
А летом 1374 года, на Иванов день, пляска началась в Ахене и за несколько месяцев разошлась по Кёльну, Мецу, Утрехту, по землям Нидерландов. Счёт пляшущих шёл на тысячи. Крестьяне бросали плуги, мастеровые мастерские, жёны дома. Эту вспышку называли «пляской святого Иоанна». Пляшущие просили, чтобы их били по ногам. Случилось это всего через четверть века после Чёрной смерти, которая выкосила треть Европы.
Питер Брейгель Старший в 1564 году зарисовал женщин, которых мужчины под руки ведут на поклонение в Моленбек: те едва держатся на ногах, но всё ещё пляшут. А к середине семнадцатого века пляска святого Вита в Европе исчезла так же загадочно, как появилась.
✦ ✦ ✦
Укус паука, которого не было
На юге Италии, в Апулии, была своя пляска. Там её объясняли укусом тарантула. Женщина, обычно бедная крестьянка, которая работала на табачном или пшеничном поле, вдруг падала, корчилась, впадала в тоску и бессилие. Говорила, что её укусил паук. Но паука при этом никто не видел, а пауки тех мест людям почти не опасны.
Лечили её музыкой. В дом звали деревенских музыкантов: мясников, плотников, кто умел играть на скрипке и бубне. Они играли быструю пляску, и больная плясала часами, пока «яд» не выходил с потом. Отсюда пошла тарантелла, которую сегодня танцуют на каждом итальянском празднике.
Но излечение было временным. Каждый год, двадцать девятого июня, на день Петра и Павла, «укушенные» со всего Саленто съезжались в городок Галатину, в часовню святого Павла. Там они бились в припадках при всём городе, ползали по каменному полу, выли, а иные плевали на образ апостола. Реставраторам потом пришлось долго счищать с этой картины следы, которые на ней оставили.
Это не средневековье. В 1959 году туда приехала экспедиция итальянского учёного Эрнесто де Мартино с психиатром, психологом и музыковедом. Сохранились фотографии и киноплёнка. Последние «укушенные» ещё приходили в Галатину в шестидесятые годы двадцатого века, при жизни многих моих читателей.
✦ ✦ ✦
Мадагаскар: пляска с вестью от мёртвой королевы
В 1863 году пляска охватила Мадагаскар. Её назвали «раманенджана». Сотни людей, а по некоторым сведениям тысячи, в основном молодые женщины, шли из провинции в столицу и плясали под барабаны неделями, с криком «Мы спешим!».
Пляшущие утверждали, что видят покойную королеву Ранавалуну, грозную правительницу, которая всю жизнь изгоняла с острова европейцев и их веру. Будто бы она велела передать своему сыну, новому королю, что отрекается от него. Сын этот, Радама Второй, как раз распахнул страну перед иностранцами и миссионерами.
В том же году король погиб во время дворцового переворота. А пляска вскоре прекратилась, будто сделала то, ради чего пришла.
✦ ✦ ✦
Школа, где не могли перестать смеяться
Если Вы думаете, что всё это в прошлом, вот случай из двадцатого века. Тридцатого января 1962 года в Танганьике, нынешней Танзании, в селении Кашаша была миссионерская школа для девочек. Три ученицы на уроке начали смеяться и не могли остановиться. Через несколько недель смехом заразились девяносто пять учениц из ста пятидесяти девяти. Смех переходил в плач, в обмороки, в боли, приступ длился от нескольких часов до двух недель. Учителей он не тронул ни одного.
Школу закрыли. Девочек развезли по домам, и через десять дней смеялась родная деревня нескольких из них. Потом другая школа, потом ещё одна. Эпидемия длилась больше двух лет, задела около тысячи человек, закрылось больше четырнадцати школ. Остановили её только карантином деревень.
Пляска сменилась смехом, но болезнь узнаётся легко. Она начинается с одного человека, передаётся от взгляда к взгляду и не трогает тех, кто стоит в стороне.
✦ ✦ ✦
А у нас были кликуши
В Российской империи своей пляски не было, но было кликушество. Женщины прямо во время службы, особенно на Херувимской или при выносе Святых Даров, падали, бились, кричали чужими голосами, лаяли, кукарекали. Народ объяснял это порчей: «посадили» на свадьбе, «дали в питье».
И кликушество тоже ходило волнами. В 1843 году в Подольском уезде Московской губернии кликуш появилось столько, что министерство признало их притворщицами и велело принять полицейские меры. По Своду законов 1842 года за притворное кликушество полагались плети.
А в 1900 году психиатр Николай Краинский выпустил книгу «Порча, кликуши и бесноватые как явление русской народной жизни». Он много наблюдал кликуш и пришёл к выводу, который не понравился ни полиции, ни скептикам: это не притворство и не обычная болезнь. Припадок одной женщины передавался другим, словно огонь по сухой траве. Для этого хватало одного крика в переполненном храме.
✦ ✦ ✦
Три версии
Первая версия, любимая популярными журналами, связана со спорыньёй. Это ядовитый грибок на ржи, он вызывает судороги и видения. Ржаной хлеб, сырое лето, массовое отравление. Но историк Джон Уоллер, который посвятил страсбургской пляске целую книгу, отвечает на это просто: отравленный спорыньёй человек корчится от боли, у него сводит мышцы и чернеют пальцы, плясать днями напролёт он не может. И рожь ели далеко не везде, где случались вспышки.
Вторая версия считается научной: массовый психоз. Страсбург в 1518 году жил хуже некуда. Несколько неурожайных лет подряд, самые высокие цены на хлеб за целое поколение, сифилис, вернувшиеся старые моры, голод, бунты. Уоллер считает, что одна женщина не выдержала, а вера в проклятие святого Вита подсказала остальным, как именно им сломаться. Красиво. Но почему тогда не плясали голодающие в сотнях других городов? Почему в Танганьике смех не тронул ни одного учителя? И почему излечение каждый раз приходило через обряд, а не через хлеб?
Третью версию держали в голове сами современники. Священник в Кёльбиге не сомневался, что сработало его проклятие. Страсбургский совет в конце концов тоже поверил в кару святого. Мадагаскарские плясуньи говорили с умершими. Русская деревня искала, кто «посадил» порчу. Во всех этих историях есть одна общая черта: одно состояние переходит от человека к человеку, как будто по невидимым нитям, а останавливается словом, молитвой, освящённой вещью, то есть тем же путём, каким и пришло.
Окончательного ответа я давать не стану. Слишком уж похожи эти вспышки друг на друга при всей их разности: от Рейна до Мадагаскара, от средневековья до времён наших родителей. Скажу одно. Болезнь, которую снимали освящённым маслом на красных башмаках, вряд ли умещается в одно слово «истерия».
✦ ✦ ✦
А теперь слово за Вами. Что, по-Вашему, двигало пляшущими Страсбурга: голод и отчаяние, отравленный хлеб или сила, которую тогдашние люди понимали лучше нас? И случалось ли Вам видеть, как чужое состояние, плач, смех или страх, вдруг охватывает целую толпу? 💫
Ваш Михаил Вяземский / Оккультный Советник
✦ ✦ ✦
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
