Ещё раз о порче на свадьбе. Ведьмино колечко. Истории от читательниц нашего канала

После публикации статьи о свадебных порчах, я был завален интереснейшими историями от моих читательниц. И сегодня будет вторая история – от автора Галины, которая поделилась воспоминаниями её бабушки Мани.

«Эта история произошла очень давно, в послевоенное время. Моей бабушке Мане было всего десять лет, когда она впервые влюбилась. Его звали Эраст Жуковский, и он был молодым агрономом в их колхозе. Очень уж он нравился Мане, и она ему всё время говорила: «Дядя Эрастик, не женись, пока я не вырасту, обещаешь?». А он смеялся, и неизменно отвечал: «Хорошо, Манюша, обещаю, что не женюсь, тебя буду ждать».

Обещал, но обманул. И однажды посватался к Маниной маме – Клавдии. Мама у Мани была вдовой. Муж сгинул в самые первые дни войны, и десять лет она одна Маню поднимала. Тяжело было, вокруг голод, нищета. Хоть и была Клавдия красавицей, да мужиков в деревне не было, война всех прибрала, и даже безногие и безрукие были нарасхват. А тут – молодой агроном.

Начал дядя Эрастик в гости к ним приходить, сначала редко, а потом – всё чаще и чаще. Мане подарки приносил, книжки разные. И Маня думала, что это он к ней ходит, даже подружкам в школе хвасталась, что жених у неё есть. А потом узнала, что на маме он жениться собирается.

Маня даже заболела от этой новости, словно, предали её, и что родная мама её соперницей оказалась. По ночам тихонько плакала в подушку, и учиться стала хуже, а потом к бабушке Вале ушла жить, на другой край деревни, чтобы подальше быть от обманщиков. Пусть себе женятся, а ей и у бабушки хорошо.

Но бабушка Валя с ней поговорила, и объяснила, что Маня должна радоваться тому, что мама, именно за её дядю Эрастика замуж выходит, а не за кого-то там попало чужого дядьку. Ведь теперь дядя Эрастик будет её новым папой, и жить они станут в одном доме, как родные. А обижаться на маму не надо, она вон как настрадалась, когда Манин папа на войне погиб. Тем более, что мама уже ребёночка ждёт, скоро будет у Мани сестричка или братик.

Маня подумала, и согласилась вернуться домой, помогать маме в приготовлениях к свадьбе. Теперь Маня мечтала о сестричке. Скоро она станет старшей, и будет с ней гулять и играть.

В день свадьбы вся деревня пришла, всех пригласили. Свадьбы в то время многолюдными были, куча родни, сватья, кумовья, соседи, и даже из соседней деревни всех позвали, что была за пять километров. А не позовёшь на свадьбу – так обидятся, поэтому всех и звали. Однако, всё же не всех. Одну бабку, такую худющую, сгорбленную, с маленькими злыми глазками, не пригласили. Была она марийкой, и имя её было нерусское, никто его не знал даже.

Жила она на краю леса в старом домике, куда привёл её, когда-то, ещё в годы революции, лесник Захарий. Люди сторонились её, недолюбливали, считая ведьмой, так и называли за глаза. И не зря так называли, потому что она много чего знала и умела. Поэтому, иногда, забегали к ней страждущие до приворотов молодые девицы, или просто хворые приходили, за колдовским зельем. Однако, посещали её тайно, опасаясь быть замеченными. Но на свадьбы народ приглашал ведьму исправно, видать, боялись обидеть старуху, чтобы не наслала, на молодых, чар своих колдовских. А вот теперь позабыли о старухе марийке в суматохе, а забывать было нельзя.

Ведьма появилась сама, в самый разгар свадьбы. И подарок невесте подарила – колечко мельхиоровое. Красивое, как паутинка, нерусской работы. И надела невесте на палец, а сама в это время прошептала: «Не пригласили – пожалеть придётся, да поздно будет». Маня, сидевшая рядом со своей мамой – невестой, услышала эти слова, и спросила старуху, о чём это она говорит? «Да о своём я, деточка, забудь». Маня и забыла об этом.

А через несколько дней после свадьбы, споткнулась Клавдия неудачно, и упала с крыльца. Ударилась сильно, и ребёночка потеряла. Шептались люди вокруг, не иначе это ведьма порчу навела. Тут Маня и вспомнила слова старухи, а дядя Эрастик даже схватил топор, и хотел расправится со старой ведьмой, да соседи удержали. Но колечко Манина мама всё же выбросила.

И вот прошло несколько лет, а Маня так и не дождалась братика или сестричку. И родители её вздыхают по этому поводу, особенно дядя Эрастик. Манина мама старше его была, аж на пять лет. Вот однажды и говорит ей бабушка Валя: «Гляди, Клавдия, бросит тебя Эраст, если ребёнка не родишь. Сходила бы ты к ведьме, повинилась бы, глядишь, и поможет тебе.» Долго уговаривала, наконец, Клавдия согласилась.

Набрали они с бабушкой Валей гостинцев, и отправились в дом лесника. Поклонились ведьме, подарки отдали. «Ждала я тебя, девка, – сказала старуха, – однако, долго же ты собиралась.» Зажгла она травы какие-то, и начала Клавдию окуривать, и ходить вокруг неё кругами, и подпрыгивать, и плеваться во все стороны. А сама всё бормотала что-то по-марийски, не понятное. А потом, достала из сундука ещё одно кольцо, на палец Клавдии надела, и говорит: «Ну всё, будет у тебя скоро ребёночек. Девочка. А кольцо это чтобы ей отдала, как подрастёт. А до тех пор сама носи, не снимай. Рожать будешь».

И правда, вскоре Клавдия всем сообщила, что у них с Эрастом скоро будет ребёнок. Надо ли говорить, как радовались Маня с дядей Эрастиком. Как время пришло, родилась девочка, Вероника, и Маня была очень счастлива, наконец-то у неё сестричка. Затем родились и братики: Михаил, Артём, Устин и Юрий. Большая счастливая семья. А Вероника, странной девочкой росла. К этому времени мордовка уже померла, так люди говорили, кто помнил её молодой, что Вероника-то на неё очень похожа, как две капли воды, и лицо нерусское.

А с кольцом тоже интересная история была. Клавдия всё время его носила, не снимая, и деток рожала. А в один день жать оно ей стало, палец как в огне горит. Еле – еле сняла она его с пальца, глядит, а оно словно в размере уменьшилось. Веронике тогда лет семь было. «Дай, -говорит, – мне!» Вспомнила тут Клавдия слова старой марийки, и отдала дочери кольцо. Надела Вероника его – прям в пору, словно на неё и сделано. Так и носила.

А потом, когда умерла их бабушка Валя, поехали все на похороны, и увидела там Вероника могилу марийки. И стала частенько наведываться туда. Ей, к тому времени, уже лет двенадцать стукнуло. Никого не слушалась. На кладбище без спроса бегала, хотя далеко оно было. К марийке ходила. Придёт на могилу, и сидит там часами, словно говорит с кем-то. А вскоре и колдовать начала потихоньку. Люди говорили, что это покойница на кладбище её магии и обучила. Прожила Вероника до ста лет, злая была, со всеми родичами переругалась, не общалась ни с кем, только пакости делала. Боялись её.»


Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.